КИРДИНА-ЧЭНДЛЕР
СВЕТЛАНА
персональный сайт
ПОДДЕРЖКА
САЙТА
Институт
экономики РАН
Цитатa дня:
Наука, которая непосредственно служит практике, опускается до ремесла. (Вильгельм Фишер)
22-11-2017,
среда

?-�?�� ���R��-��

Публикации и выступления Монографии

Трудовые отношения в редистрибутивных экономиках: случай России      zip (27k)

Кирдина С. Г., доктор социологических наук,
ведущий научный сотрудник Института экономики РАН


В истории любого государства периоды революционных преобразований или масштабного реформирования - пожалуй, самые интересные и внимательно изучаемые обществоведами. Наряду с другими, фокусом анализа в таких случаях служит взаимодействие нового и старого, соотношение планов и замыслов революционеров и реформаторов, с одной стороны, и результатов их действий, с другой. Периоды сломов и преобразований социальных структур позволяют явно увидеть их устойчивые, непреобразуемые компоненты, равно как и потенциал восприятия и адаптации нового опыта. Россия двух последних десятилетий - своеобразная лаборатория такого рода, в которой ученые могут наблюдать и исследовать трансформации важнейших социальных процессов, в том числе и трудовых отношений.

В данной статье предпринята попытка обоснования и проверки гипотезы о формирующихся моделях трудовых отношений на основе структурной макросоциологической теории институциональных матриц, разрабатываемой автором с конца 1990-х годов. Взятая в качестве методологии, теория институциональных матриц позволяет выявить и объяснить неожиданные, казалось бы, метаморфозы реформирования отношений в трудовой сфере современного российского общества, а также предложить прогноз их дальнейшего развития.

Основные положения теории институциональных матриц

Как и всякая теория, теория институциональных матриц представляет собой некоторую схему с определенными допущениями, в которой фиксируются наиболее существенные для применяемого подхода стороны реальных объектов (подробное изложение теории институциональных матриц см. в [1]). Объектом в данном случае служит устройство общества.

В основе стремления к построению строгой социальной теории лежит разделяемый автором принцип единства всех наук. Их сутью (точные ли это науки, естественные или общественные) является последовательное абстрагирование, схематизация изучаемой реальности в системе научных понятий, позволяющих выявить основные структуры и закономерности того или иного явления или процесса. При этом аналогом экспериментальной проверки, характерной для естественных наук, в социальных науках выступают данные исторических исследований, статистики, экономического анализа, социологических исследований и т.п.

Первое допущение, и, одновременно, постулат теории институциональных матриц состоит в том, что общество - единый и сложно устроенный организм, - может быть рассмотрено в трехмерной системе "социологических координат" - экономических, политических и идеологических (Рис. 1). Это означает, что образующие общественную структуру разнообразные социальные связи условно можно рассматривать в экономической плоскости, то есть как экономические отношения, или отношения по поводу использования ресурсов. Далее, любые отношения можно рассматривать в плоскости политической, то есть как коллективную деятельность по достижению определенной цели (как это следует из известного определения Т. Парсонса). Наконец, в социальных отношениях существует и идеологическая проекция, проявляющая, исследующая важнейшие нормы и ценности, культурные образцы, реализуемые социальными субъектами в ходе совместной деятельности.

Таким образом, общество как социальная система рассматривается в единстве трех образующих его подсистем - экономики, политики и идеологии. При таком подходе они выступают на равных основаниях в качестве проекций единого социального целого, но отличаются своими функциями в поддержании этой целостности и наборами институтов, посредством которых реализуют свои функции.

В отношении каждой из выделенных подсистем определяется набор регулирующих их базовых институтов. Базовые институты представляют собой глубинные, исторически устойчивые и постоянно воспроизводящиеся социальные отношения, своего рода исторические инварианты, которые позволяют обществу выживать и развиваться, сохраняя свою самодостаточность и целостность в ходе исторической эволюции, независимо от воли и желания конкретных социальных субъектов. Категория базовых институтов, в отличие от более широкого понятия "институт", обособляет, выделяет из всего множества социальных отношений те из них, которые имеют исторически непреходящий характер и сохраняют неизменное внутренне содержание. Выделение базовых институтов в качестве основного объекта анализа - второе схематическое допущение в теории институциональных матриц.

Третье допущение, или постулат теории институциональных матриц состоит в том, что, поскольку экономические, политические и идеологические компоненты представляют собой разнообразные стороны социального целого, то они, как и регулирующие их базовые институты, образуют качественное единство, обусловливают друг друга. Их сочетание, таким образом, представляет собой устойчивую институциональную матрицу. Она определяется как исторически сложившаяся система базовых институтов, регулирующих взаимосвязанное функционирование основных общественных подсистем - экономики, политики и идеологии. Институциональная матрица представляет собой устойчивую форму общественной интеграции, своеобразный прототип, первичную форму, "с которой воспроизводятся" все дальнейшие, постоянно развивающиеся многообразные институциональные формы1, представляющие собой продукт конкретной человеческой деятельности в определенном культурном контексте.

На основе данных допущений была выдвинута и обоснована как теоретически, так и эмпирически, гипотеза о двух типах институциональных матриц, в которых агрегируются многочисленные способы устойчивых социальных связей. Для их обозначения предложена и апробирована в научной среде соответствующая терминология - Х - и Y-матрицы. Х и Y-матрицы отличаются комплексами образующих их базовых институтов. Х-матрица образована институтами редистрибутивной экономики (подробнее см. в следующем параграфе), унитарного политического устройства и коммунитарной идеологии. В свою очередь, Y-матрица образована институтами рыночной экономики, федеративного политического устройства и субсидиарной2 идеологии. Схематически два типа институциональных матриц представлены на рис. 2.

Идеальные типы Х и Y-матриц позволяют однозначно различать феноменологические объекты, обладающие или не обладающие соответствующими качествами. Другими словами, представляется возможным судить о том, институты какого типа матрицы доминируют в том или ином конкретном обществе3. Так, в России, большинстве стран Юго-Восточной Азии и Латинской Америки доминируют институты Х-матрицы, в то время как в США и странах Европы - институты Y-матрицы.

При доминировании той или иной матрицы, в обществах, тем не менее, действуют комплементарные институты и воплощающие их институциональные формы. Комплементарными являются институты "из противоположной матрицы", действующие одновременно с базовыми институтами для выполнения аналогичных функций, то есть институты Х-матрицы, действующие в обществах с доминированием Y-матрицы, и наоборот. Комплементарные институты всегда имеют менее распространенный характер, их действие опосредовано рамками базовых институтов, выражающих природу свойственной обществу институциональной матрицы.

Гипотеза о содержании моделей формирующихся трудовых отношений

Трудовые отношения имеют свою специфику, что позволяет обособить их из всего множества социальных отношений, формирующих общественную структуру. В то же время они являются ее элементом, поэтому в них проявляется природа и реализуются закономерности, присущие обществу как социальной системе в целом. Поэтому общесоциологические теории, несмотря на их макрохарактер, могут служить полезным инструментом изучения и прогнозирования динамики трудовых отношений.

Как можно охарактеризовать сущность трудовых отношений в реформируемой России, опираясь на положения представленной выше теории институциональных матриц? Для этого подробнее раскроем содержание базовых институтов, характеризующих институциональную Х-матрицу, характерную для нашей страны, и обозначим содержание базовых институтов Y-матрицы, которые действуют в российском социуме в качестве комплементарных.

Прежде всего, представим комплексы базовых институтов, характеризующих редистрибутивную (в странах с Х-матрицей) и рыночную (в странах с Y-матрицей) экономики (Рис. 3), поскольку трудовые отношения традиционно связывают преимущественно с экономической подсистемой.

Комплексы институтов, формирующих редистрибутивные и рыночные экономики, различны по содержанию, но едины по функциям. То есть для выполнения одних и тех же функциональных задач (организации отношений собственности, привлечения к труду, сигналов обратной связи и т.д.) в разных типах экономик формируются качественно различные институты. Комплекс рыночных экономик, подробно изученный и описанный в зарубежной, а затем и в переведенной на русский язык литературе, включает в себя, как известно, институты 1) частной собственности, 2) наемного труда, 3) конкуренции, 4) обмена (купли-продажи) и 5) прибыли. Менее известный, хотя и столь же долго существующий комплекс институтов редистрибутивных экономик, включает в себя институты 1) общей собственности, 2) служебного труда4, 3) координации, 4) редистрибуции5 и 5) пропорциональности.

В реальных экономиках рыночные и редистрибутивные институты действуют одновременно, находятся в противоречивом единстве, обеспечивая устойчивость экономической системы в целом. В то же время, несмотря на комбинацию в экономике институтов и институциональных форм и того, и другого рода, сущность и основное содержание институциональной структуры хозяйства определяются теми экономическими отношениями, которые носят господствующий, доминирующий характер, то есть базовыми, свойственными его институциональной матрице, институтами.

То же относится к институтам политическим и идеологическим. И хотя они в меньшей мере, чем экономические, влияют на характер складывающихся в обществе трудовых отношений, дадим, тем не менее, их краткий перечень.

Институты административного деления, иерархической вертикали власти во главе с Центром, назначений, общих собраний и единогласия, обращений по инстанциям характеризуют унитарное политическое устройство стран с доминированием институциональной Х-матрицы. Институты федерации, самоуправления и субсидиарности, выборов, многопартийности и демократического большинства, судебных исков отличают федеративное политическое устройство государств, где доминирует институциональная Y-матрица (подробнее в [1], 2-е изд., глава 6).

Также качественно различаются комплексы базовых институтов коммунитарной и субсидиарной идеологий, свойственных Х и Y-матрицам. Коммунитарная идеология характеризуется действием институтов коллективизма, эгалитаризма и порядка, в то время как субсидиарная идеология представлена институтами индивидуализма, стратификации и свободы (подробнее в [1], 2-е изд., глава 7).

Действие базовых институтов в политической и идеологической сферах также дополняется действием соответствующих комплементарных институтов. Стремление к их балансу ведет, как правило, к укреплению институциональной структуры государства. Например, поиск такого баланса демонстрирует современная Европа, в которой характерные для нее субсидиарные институты начинают дополняться системой коммунитарных институтов Европейского сообщества. Действенность и положительный эффект такого сочетания (на примере социальной политики европейских стран) убедительно показан в работе М. В. Каргаловой [6].

Природа институциональной матрицы, присущей обществу, и, соответственно, господствующее положение свойственных ей институтов, сохраняется на протяжении всей истории того или иного государства. В то же время само воплощение этих институтов в определенных институциональных формах, которые мобильны, пластичны, постоянно модернизируются и развиваются, весьма динамично. При таком подходе процесс институциональных изменений, к которым относятся и реформы, понимается как постоянная эволюция институциональных форм в рамках, задаваемых спецификой базовых институтов, то есть типом институциональной матрицы. Особенностью преобразовательных процессов является более активное, чем в стабильные периоды, внедрение альтернативных, то есть комплементарных институциональных форм, которые дополняют "до целого" институциональную общественную структуру.

Основываясь на этих постулатах теории институциональных матриц, формулируется следующая гипотеза о моделях трудовых отношений в современной России:

  1. Сохраняются основные атрибуты присущего редистрибутивным экономикам института служебного труда, формирующего модели трудовых отношений:
  2. Существенно обновляются формы, в которых воплощаются атрибуты служебного труда:
  3. Модели трудовых отношений модернизируются за счет дополнения альтернативными элементами, характерными для рыночных экономик, прежде всего, за счет атрибутов присущего тем института наемного труда.

Атрибуты "служебного труда" в России и их модернизация

Какие атрибуты института служебного труда сохраняются в реформируемой России? И в чем состоит обновление форм, в которых этот присущий редистрибутивной экономике России базовый институт выражает себя?

О сущности трудовых отношений в редистрибутивных экономик впервые писал Карл Поланьи, выделивший редистрибутивные экономические системы как равноправный, наряду с рыночными, тип экономик. Основным механизмом, регулирующим в них трудовые отношения, он обозначил редистрибуцию, посредством которой осуществляется воссоединение распределенного, разделенного труда. [5, p. 40-41]. Бессонова О. Э., предложившая для нерыночных экономик термин "служебный труд", в качестве его характеристик выделяет обязательный характер, ведомственную организацию, иерархию и номенклатуру [4, с. 43-44], которые ярко описывает на примере истории России и СССР6.

Чтобы полнее представить атрибутику института служебного труда, обратимся к самому значению слова "служить". "Служить" означает одновременно и быть полезным, орудием для цели, надобным, и состоять на службе, то есть занимать место с известными обязанностями, быть при месте. "Где ни жить, не миновать служить", - пишет В. Л. Даль в своем словаре [7, т. 4, с. 224]. Уже этимологически понятие "служебного труда" несет на себе отпечатки тотальности (для общей пользы, цели), прикрепленности к месту (службе), обязательности и постоянства. По этим позициям он противостоит институту наемного труда ("нанимать - брать из платы для временного употребления" [7, т. 2, с. 444]), характерному для рыночных экономик7.

Остановимся лишь на некоторых наиболее выпуклых исторически сложившихся и сохраняющих свое значение атрибутах служебного труда, отличающих его от найма рабочей силы, характерного для рынка труда.

Первым специфическим моментом трудовых отношений в условиях действия института служебного труда, в отличие от труда наемного, является механизм регулирования трудовых отношений. В рыночных экономиках регулирование трудовых отношений осуществляется преимущественно в процессе взаимодействия работодателей и работников через соответствующих агентов. Важнейшими из них являются профсоюзы, созданные рабочими для консолидированного отстаивания своих интересов. В редистрибутивных экономиках действует преимущественно централизованный механизм регулирования трудовых отношений, часто понимаемый как "регулирование сверху".

Действительно, какие бы важнейшие элементы трудовых отношений мы ни взяли, они регламентируются или инициируются не "снизу", со стороны работников или предприятий, а со стороны верховной власти, правительства. Это касается и первых трудовых нормативов для выполнения тех или иных работ, или "уроков", которые в своей книге 1724 г. "О скудости и богатстве", адресованной царю Петру I, предлагал учинить Иван Посошков [8], наш первый российский экономист. Та же ситуация характеризует первые опыты создания страховых учреждений в виде больничных касс: - Высочайше утвержденные законы 1903 и 1912 гг. предписывали организовать их на фабрично-заводских, горных, горнозаводских, железнодорожных, судоходных и трамвайных предприятиях, независимо от форм собственности. Необходимость и готовность предприятий к открытию в них больничных касс определялась специально созданными для этих дел губернскими по делам страхования рабочих присутствиями, которые и вели всю необходимую работу - от объяснительных чтений до регистрации уставов. Поэтому пресса тех лет (газета "Металлист за 15 июня 1913 г.) писала, что "Страховой закон создает организацию больничных касс принудительно" [9]. В советское время централизованный механизм в виде государственного плана по труду и социальным вопросам, "разверстанного" по территориям и предприятиям, получил наиболее полное свое воплощение.

Вторым важным атрибутом служебного труда, отличающим его от действия института наемного труда, является модель занятости. На протяжении всей российской истории всегда отчетливо проявляется тенденция к тому, чтобы обеспечить всеобщее участие трудоспособного населения в труде. Это означает стремление к модели полной занятости, в противоположность допуска безработицы, естественно существующей на рынке труда. Если рыночные экономики предполагают наличие "резервной армии труда" (К. Маркс) за пределами предприятий, чтобы поддерживать конкуренцию на рынке труда, то в редистрибутивных экономиках резервы рабочей силы находятся "внутри" хозяйственной системы, формируя ее постоянный мобилизационный ресурс, который может быть направлен на достижение необходимой пропорциональности или возмещение возникшего дефицита. Внешним выражением стремления к полной занятости служили постоянные меры борьбы с беглым населением в княжеской Руси и прикрепление крестьян к земле (крепостное право), а городского населения - к местам проживания, введение паспортной системы и прописки в царское время, необходимость службы для всех слоев населения, включая дворян и помещиков, борьба с тунеядством в СССР и т.п. Даже исполнение выборных должностей в России, например, дворянского предводителя, называлось "службой по выбору" и представляло собой одну из повинностей местного населения в пользу административной власти [10]. Из среды выбираемых во все времена рекрутировались затем административные чиновники, для которых "служба по выбору" была формой предварительного отбора для работы в государственных и правительственных учреждениях.

Программы достижения полной занятости принимались на всех партийных съездах советского времени, начиная с 8 съезда РКП (б) 1919 г, где уже предусматривалось "правильное распределение и перераспределение имеющейся в государстве рабочей силы между различными рабочими местами, отраслями, сферами, регионами" [11]. Получение каждым гражданином РСФСР гарантированной работы с оплатой труда, что было условием полной занятости населения, являлось основным правом граждан, и это было записано в ст. 122 Конституции РСФСР 1937 г. [12]. То же и на одном из последних съездов советской эпохи, 27-м съезде КПСС. Здесь была принята программа, предусматривающая комплекс социальных мер, обеспечивающих полную и эффективную занятость [13]. Анализируя модели занятости, принимаемые в СССР в качестве основных в разные периоды его развития, Т. Г. Бахматова неизменно отмечает подчеркивание свойства полной занятости, сохраняемое с 1917 г. [14].

Наконец, в-третьих, служебный и наемный труд всегда отличались характером и структурой вознаграждения работников. Почему? Институт служебного труда действует в социальной системе, при которой на протяжении всей истории доминируют формы общей собственности8, а не частной, как в рыночных экономиках. Доминирующий институт собственности накладывает свой отпечаток и на рабочую силу.

В условиях рынка работники являются собственниками своей рабочей силы, что позволяет им, как писал еще К. Маркс, осуществлять ее продажу, а частным собственникам средств производства - ее куплю. В этом процессе купли-продажи рабочей силы работник получает вознаграждение с прибылью, за счет которой он выходит на другие рынки для приобретения необходимых жизненных средств - на рынок жилья, медицинских услуг, товаров и т.д. Вознаграждение в рыночных экономиках имеет преимущественно денежный характер, а величина его определяется уровнем расценок за работы (ставками), которые способен выполнять работник данной квалификации. Как правило, ставки фиксированы и исчисляются в расчете на час, неделю, месяц или год для разных видов труда, или же на объем конкретной работы, который предстоит выполнить работнику.

В условиях редистрибутивной экономики собственность, в том числе и в отношении рабочей силы, имеет не частный, а общий (верховный условный) характер. Материальным выражением этого служит, например, то, что само развитие, обучение работников осуществляется не столько за счет личных средств, сколько за счет средств, полученных в процессе редистрибуции. Соответственно, существует и солидарная общественная ответственность за социальное воспроизводство работников. Формами выражения этой ответственности служат целевые компоненты трудового вознаграждения, включающие в себя, помимо ставок заработной платы, оплату питания, проживания, медицинского обслуживания, образования и т.д. Все эти дополнительные компоненты предоставляются либо в денежной форме, либо в натуральной. Например, вознаграждения материального характера в текстильном товариществе Н. Н. Коншина в конце XIX века могли включать в себя харчевое снабжение, обеспечение мест в казармах при мануфактурах [15], на предприятиях в первые годы после революции - предоставление продуктового пайка, комнат в общежитиях и коммунальных квартирах, обеспечение очками и протезировние зубов, путевки на обучение на рабфаке, поездки детей рабочих на летние загородные дачи и т.д. [16]. В советское время натуральное вознаграждение включало в себя выделение земельных участков для производства сельхозпродукции, как для сельского, так и для городского населения, получение образовательных, медицинских и т.п. услуг через общественные фонды потребления, получение жилья согласно жилищной очереди на предприятии. Дополнительные денежные вознаграждения еще с дореволюционных времен известны как "харчевые" (или "доплаты на питание" в советское время), "квартирные", "подъемные" и проч.

Формой трудового вознаграждения при действии института служебного труда служат совмещенные с рабочим местом возможности получения (приобретения) разнообразных товаров - от продуктов до загородных участков (дач). Это и "фабричная лавка, которая отпускает харчи по удешевленным ценам" в 1917 г., [16, с. 58], и заводские магазины, и "столы заказов", и закрытые распределители советской эпохи.

Таким образом, трудовое вознаграждение в условиях института служебного труда имеет более сложную структуру и носит смешанный денежно-материальный характер. Поэтому так затруднены сравнительные исследования уровня реальных доходов разных групп работников внутри страны. Наибольшие же трудности возникают при проведении межстрановых исследований при сопоставлении уровня доходов россиян с населением стран рыночных экономик.

Слабо описанная в научной литературе, но хорошо известная на практике, структура трудового вознаграждения и социальной ответственности в российской экономике объясняет непонятный многим западным исследователям феномен времен "разгула перестройки", когда работники не увольнялись с предприятий, на которых им месяцами не выплачивали заработную плату. В тени оставалась информация о том, что работники продолжали пользоваться объектами социальной инфрастуктуры - от ведомственного жилья до детских садов, получали натуральные выдачи, могли питаться в заводских столовых и т.д.

Три обозначенных атрибута института служебного труда не исчерпывают всех его особенностей, которые требуют дальнейшего изучения. Они на данном этапе - скорее иллюстрация того, что эти особенности есть, и обусловлены они не временными факторами, отсутствием необходимой политической воли или спецификой национального менталитета. Служебный труд с присущими ему чертами отражает своеобразие социетального устройства российского общества, в котором на протяжении всей его истории доминирует институциональная Х-матрица, определяющая путь эволюции российского общества и возможные пределы институциональных преобразований.

В каких формах представлены сегодня, после 20 лет реформирования, данные атрибуты служебного труда в модели трудовых отношений?

Видимо, нет необходимости специально доказывать сохранение преимущественно централизованного механизма регулирования трудовых отношений - первого из проанализированных атрибутов. Его элементами, во-первых, являются утверждение на федеральном уровне единых минимальных ставок заработной платы и системы тарифных окладов. Во-вторых, центральная власть, прежде всего, ее федеральные и региональные органы, продолжают служить главными контролерами и арбитрами в трудовых спорах, затрагивающих основные массы работающего населения. Более того, все более артикулируется необходимость усиления централизованного начала в этих вопросах. В-третьих, согласно новому Трудовому кодексу, государственные (властные) структуры выступают участником, а, по сути, гарантом исполнения договоренностей между работодателями и профсоюзами по всем важнейшим вопросам при подписании отраслевых соглашений.

В то же время централизованный механизм регулирования дополняется новыми элементами, заимствованными из практики рыночных экономик, в которых доминирует институт наемного труда. Основное направление модернизации состоит в расширении рамок договорных отношений, во внедрении преимущественно договорных, а не нормативных принципов регулирования, в усилении правовой регламентации действий и ответственности участников договорного процесса.

Восстановление механизма регулирования трудовых отношений в обновленных, модернизированных формах демонстрируют адаптированные к российским условиям модели так называемого "социального партнерства". Наиболее эффективно такие модели действуют в крупнейших "приватизированных" вертикально-интегрированных компаниях, таких, как Лукойл, Юкос, Газпром, Северсталь, Магнитогорский металлургический комбинат и др. [17]. Созданные на базе "советской модели" регулирования трудовых отношений, они сумели интегрировать в себя ряд ключевых терминов, а частично и подходов классической западной концепции "социального партнёрства". Это делает их внешне весьма близким к сложившимся в рыночных экономиках системам разрешения трудовых споров. В то же время в них воспроизводятся характерные черты и атрибуты института служебного труда, что делает их прямыми преемницами доперестроечной эпохи, хотя и более развитыми, цивилизованными, современными.

Сохраняется и второй атрибут служебного труда - стремление к модели полной занятости работников. Ст. 37, п. 3 в новой российской Конституции провозглашает право каждого на труд с вознаграждением не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда [18]. И хотя работа уже не является гарантированной, как ранее, в этой же статье предусматривается право на защиту от безработицы. Сохранение доминирования модели полной занятости латентно выражает себя в том, что место труда обеспечивает для подавляющего числа российского населения доступ к социальным услугам - медицинским, детским дошкольным учреждениям, пенсионному обеспечению, санаторному отдыху и т.д. Поэтому даже фактически неработающие трудоспособные граждане предпочитают "числиться" на том или ином рабочем месте. Это справедливо в отношении всех социальных слоев, даже формирующих верх доходной пирамиды - практически все "финансовые олигархи" любых масштабов стремятся сохранить трудовые отношения с предприятиями, акциями которых они владеют, понимая, что место в структуре предприятия является самой надежной гарантией получения доходов.

В отличие от прошлого, в стране официально признана возможность безработицы. Но сами организации, регистрирующие безработных и работающие с ними, называются "службами занятости", поскольку их основная задача - не распределение пособий, а нахождение вакантных рабочих мест для приложения труда незанятого населения. Фактически они являются преемниками Бюро по трудоустройству - важнейшего элемента структуры управления трудовыми ресурсами для обеспечения полной занятости населения в советское время.

Обновление модели полной занятости состоит в росте экономических и правовых методов регулирования этого процесса, в то время как в советское и досоветское время значительное место отводилось принудительным механизмам.

Третий атрибут служебного труда - денежно-материальная структура трудового вознаграждения и ее многокомпонентный характер - также сохраняет свое значение. Если в начале перестройки многие предприятия и организации, прежде всего, частные, начали практиковать вознаграждение по западному образцу в виде фиксированных ставок за время и объем работы, то за 20 лет ситуация изменилась. В настоящее время и в государственных, и в акционерных, и в коммерческих структурах восстанавливается сложная структура выплат, включающая в себя, помимо ставок оплаты труда, премий и доплат, также компенсационные и социальные пакеты разного рода, доплаты на питание, медицинское и социальное страхование, отдых и т.д. Эти дополнительные выплаты носят как корпоративный, так и индивидуальный характер. Они также дополняются прямым распределением материальных благ и услуг. Даже такой лидер "частного бизнеса" в российской экономике, как Лукойл, "принимает инициативные действия" в деле дополнительного обеспечения своих работников жильем, услугами по оздоровлению, спорту, отдыху и т.п. [19], не полагаясь на высокие зарплаты и самостоятельный выход работников на соответствующие рынки.

В конечном счете, сохранение всех атрибутов служебного труда носит естественный характер и является следствием экономии трудовых и материальных ресурсов общества и его хозяйственных структур в существующих в нашей стране условиях. Организационные преобразования и риторика не изменили макрохарактеристик коммунальной материально-технологической среды, вызывающей к жизни и содействующей воспроизводству базовых экономических, политических и идеологических институтов Х-матрицы.

Выводы

На основе применения положений и категорий теории институциональных матриц к анализу трансформации трудовых отношений в современной России нынешнее их состояние и перспективы можно охарактеризовать следующим образом.

Нынешний период трансформации российского общества отличается поиском и складыванием нового баланса базовых и комплементарных институциональных форм для всех типов социальных отношений, включая и трудовые. Накануне перестройки в стране тотально доминировали устаревшие формы, отражающие природу Х-матрицы, в то время как необходимые для институционального равновесия комплементарные институты воплощались преимущественно в теневых, нелегальных формах. Поэтому на первом этапе реформ 1980-1990-х годов упор был сделан на широкое легальное дополнение искаженной в ходе советского периода институциональной структуры элементами, характерными для государств с Y-матрицей. Это выражалось в широком освоении опыта западных стран, накопленного в сфере трудовых отношений, расширении контактов с международными организациями, переносе на российскую почву разнообразных моделей и практик. На втором этапе, с конца 1990-х годов, внимание все более направляется не столько на адаптацию заимствуемых решений, сколько на модернизацию и развитие форм, отражающих специфику социетальной природы нашего государства, выражаемой доминированием базовых институтов Х-матрицы. Можно наблюдать, как организационные формы, методы и способы управления, ценности, нормы и правила, характерные для стран с доминированием Y-матрицы, в России модифицируются по ходу своего внедрения и занимают подчиненное положение, что соответствует роли комплементарных институтов в институциональной макроструктуре общества. Так, Новый Трудовой кодекс представляет собой трудно достигнутый компромисс между неизбежным сохранением обновленных атрибутов служебного труда и преодолением основных пороков предыдущей административно-командной модели централизованного руководства. Обновление трудовых отношений выражается и в модернизации прежних форм, и во внедрении в качестве дополнительных ряда норм из рыночных экономик с их институтом наемного труда.

Прогноз состоит в том, что, модернизированные трудовые отношения будут сохранять свои свойства, обусловленные их "встроенностью" в институциональную Х-матрицу России. Это означает, что в них найдут свое новое воплощение и базовые институты редистрибутивной экономики, и политического унитарного устройства, и присущей российской матрице коммунитарной идеологии. В то же время будут найдены и определены эффективные ниши для встраивания комплементарных для нашей страны институтов рыночной экономики, федеративного устройства и субсидиарной идеологии, которые будут последовательно адаптироваться и внедряться Одновременно следует ожидать достижения общественного консенсуса по важнейшим проблемам трудовых отношений, что будет выражаться в расширении для сферы труда "правового поля", то есть более полной правовой артикуляции и закреплении свойственных "жизни и идее" нашего общества цивилизованных форм трудового поведения и регулирования труда.

 


1 Например, базовый экономический институт рыночного обмена (или рынка) воплощается в разнообразных исторически развивающихся институциональных формах. Это и законы ведения торговли в средневековых европейских городах, и правила деятельности американских трестов в начале позапрошлого века, и современные финансовые сделки на основе фьючерсных контрактов. При всем разнообразии они сохраняют единое внутреннее содержание, а именно, обусловливают процесс купли-продажи. >>

2 Субсидиарность означает приоритет прав личности по отношению ко всем субсидиарным, то есть дополнительным по отношению к ней структурам - организационным, территориальным и др. Термин "субсидиарность" впервые введен в употребление в 1931 г. папой Пием ХI для обозначения фундаментального, как он полагал, принципа христианской доктрины [2]. >>

3 Фактором, определяющим тип доминирующей в тех или иных государствах институциональной матрицы, служат характеристики внешней материально-технологической среды, которая присуща ареалам возникновения и существования государств. Выделяется коммунальная среда, способствующая складыванию институтов Х-матрицы, и некоммунальная среда, определяющая целесообразность и эффективность складывания институтов Y-матрицы. Подробнее см. [1, изд-е 2-е, с. 73-84, 218-230; 3]. >>

4 Термин введен О. Э. Бессоновой [4]. >>

5 Термин введен в работах К. Поланьи, впервые описавшего особенности институциональной структуры редистрибутивных экономик [5]. В теории институциональных матриц содержание термина уточнено. Институт редистрибуции рассматривается как объективное социальное отношение, включающее в себя процессы аккумуляции - согласования - распределения. Совмещение этих процессов осуществляется посредством Центра, возникновение и существование которого объективно обусловлено законом экономии трансформационных и трансакционных издержек. >>

6 В последующих своих работах 1997-1999 гг. Бессонова О. Э. отказалась от разработки категории служебного труда и выделения данного института как самостоятельного элемента хозяйственной системы России. >>

7 Специфика трудовых отношений в странах с Х-матрицей, к которой принадлежит, в частности, и Япония, отмечается и теми специалистами, которые придерживаются рыночной парадигмы в экономическом анализе. Это выражается в том, что они определяют модель японских трудовых отношений как "пожизненный найм", что курьезно с точки зрения самого понятия найма как временного приема на работу, составляющего суть рыночных отношений с присущей им мобильностью рабочей силы. Пример введенного западными учеными (как неточный перевод с японского) понятия "пожизненный найм" показывает ограничения используемой ими парадигмы, не позволяющей выйти за рамки привычных аналитических схем. В этих случаях научный анализ оказывается бессильным, и используются метафоры "японского феномена", "уникального национального менталитета" и т.п. >>

8 Более точное и указывающего на субъекта наименование института общей собственности, господствующей в России - "верховная условная собственность". В чем сущность этого института? Во-первых, существуют формальные и неформальные ограничения, в которых фиксируется право центральной власти в отношении земли и основных производственных объектов, находящихся во владении и пользовании социальных субъектов. Во-вторых, верховная власть, являясь, по сути, главным собственником, определяет условия, выполнение которых обязательно для тех, кому земля и производственные объекты передаются во владение и пользование. Невыполнение этих условий влечет передачу объектов иному пользователю или владельцу (характерный современный пример - передача ведомственного жилого фонда на баланс муниципалитетов). >>

 


Список литературы

  1. Кирдина С.Г. Институциональные матрицы и развитие России. М.: Теис, 2000 (Новосибирск: Сибирское Отделение РАН, 2001 - 2-е издание). См. также www.kirdina.ru, где выложено второе издание книги "Институциональные матрицы и развитие России" и статьи на эту тему.
  2. Oxford English Dictionary. 2nd ed. Vol. XVII. Oxford: Clarendon Press, 1989, p. 59.
  3. Бессонова О.Э., Кирдина С.Г., О'Салливан Р.Рыночный эксперимент в раздаточной экономике России. Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 1996, с. 22-24.
  4. Бесонова О. Э. Раздаточная экономика как российская традиция" / Общественные науки и современность, 1994, № 4, с. 43.
  5. Polanyi K. The Livelihood of Man. New York. Academic Press, Inc, 1977.
  6. Каргалова М. В. От социальной идеи к социальной интеграции. М.: Interdialect+, 1999.
  7. Даль В. Л. Толковый словарь живого великорусского языка. М: Русский язык, 1991.
  8. "Книга о скудости и богатстве И. Т. Посошкова". Редакция, вступительная статья и примечания Б. Б. Кафенгауза. - М.: Государственное социально-экономическое издательство, 1937, с. 283.
  9. Ашмарина С. В. Страховая кампания на Урале в 1913-1914 гг. / Историко-экономические исследования, 2002, № 1 (1), Изд-во БГУЭП, 2002, с. 36.
  10. Кирдина С. Г. Некоторые особенности финансовой системы России в сравнении с Западной Европой: краткий исторический очерк. В сб.: История финансовой политики. Сборник статей. Спб.: СПбГУ-Факультет менеджмента, 2000, с. 216.
  11. Даниленко Н.Н. Занятость населения в условиях командно-рапределительной системы. Иркутск, 1994, с. 14.
  12. Конституция (основной закон) Российской Советской Федеративной Социалистической Республики. М: Партиздат ЦК ВКП (б), 1937, с. 19.
  13. Материалы XXVII съезда КПСС. М.: Политиздат, 1986, с. 15.
  14. Бахматова Т. Г. Исторические особенности изменения характера трудовой мобильности России и подходов к ее изучению / Историко-экономические исследования, 2002, № 1 (1), Изд-во БГУЭП, 2002, с. 100.
  15. Валетов Т. Я. Заработная плата на крупной фабрике в России конца XIX-начала XX века (на примере товарищества мануфактур Н. Н. Коншина) / Историко-экономические исследования, 2002, № 1 (1), Изд-во БГУЭП, 2002, с. 13.
  16. Сафонова Е. И., Бородкин Л. И. Мотивация труда на фабрике "Трехгорная мануфактура" в первые годы Советской власти / Историко-экономические исследования, 2002, № 1 (1), Изд-во БГУЭП, 2002, с. 55-87.
  17. Рупец В. Г. Трудовые отношения и проблема выбора новой модели общественного развития России.
  18. Конституция Российской Федерации. М: Проспект, 1997, с. 12.
  19. Социальный Кодекс ОАО "Лукойл". М: 2002.
2002-2017 KIRDINA.RU
АКТИВНАЯ ССЫЛКА НА САЙТ ОБЯЗАТЕЛЬНА